Чехов устал. Этот диагноз поставил сам себе русский драмтеар, и произошло это не вчера и не сегодня. Уже который год подряд в российских театрах хорошие чеховские спектакли ставятся крепкими европейскими руками Някрошюса, Персеваля или Люпы. Соотечественники донельзя замусолили чеховские пьесы, превратив их в собрание сакраментальных реприз. Дебютируя как драматург, Людмила Улицкая эту усталость тонко прочувствовала и воспользовалась ею как поводом для литературной игры. Ее пьеса «Русское варенье» - ремейк «Вишневого сада», в котором вполне различимы отголоски и других пьес Чехова.
ДЖЕМ СЕЙШН
Первым в Петербурге за нее взялся главный режиссер театра Сатиры на Васильевском. Анджей Бубень ставит кунштюки Улицкой как бесконечную и вневременную сагу русской истории. Благо материал позволяет: семейство Лепехиных (три сестры, дядя Дюдя и компания), обитающее в подмосковном академическом городке, - фигуры одновременно и характерно-бытовые, и мифологические. Художница Елена Дмитракова селит их в деревянный скит, выглядящий островком цивилизации посреди колдовского озера, темного как Стикс. Хотя цивилизация - громко сказано. Когда-то в войну в дом угодила бомба, оставив от родового гнезда только половину; надо бы руины снести, но решили оставить. Так с тех пор и живут - с засором в уборной и засохшей вишней вместо мирового ясеня, на одном из сучьев которой болтается всевидящее око А.П.Чехова. Здесь пропадает все, от опары куличей до лучших годов жизни. Одна из сестер заводит православную пластинку и собственный путь России, сестрин муж отвечает «Харе Кришну». Тест пьесы - микст виртуозных диалогов, в которых говорящие не слышат друг друга, полилог, где одиночество говорящего гораздо важнее смысла того, что произносится. Остается только одно: потихоньку заливать кручину водкой, закусывая снятой с лица огуречной маской. Русская псевдо-интеллигенция у Улицкой выведена классом вымирающих животных, а Бубень на последнем слове делает мягкий, но вполне заметный акцент. Логично было бы предположить, что режиссер-рационалист будет симпатизировать молодому поколению Лепехиных - те-то хоть предлагают все разрушить до основания и отстроить все заново. Но они хоть и пытаются убедить родителей в том, что в стране все хорошо и нужно радоваться жизни, а сами так и норовят закатать ненужных стариков в асфальт, на котором можно много чего понастроить (действие у Улицкой происходит в 2002 году). Вроде бы проблематика не поспевающих за воротилами-детьми отцов исчерпала себя в залетные девяностые - а Бубень уже выстреливает финальной мизансценой, сбивая семью лихоимцев в сиротливую стаю. Разговор о загадочной русской тоске получился по-европейски жестким и тактичным. В конце концов, польского режиссера звали в театр Сатиры на Васильевском как раз для того, чтобы устранить многолетний творческий засор, - на что у него хватает и отваги, и мастерства.
Дмитрий Ренанский, «Коммерсантъ Weekend» 14 декабря 2007

АКТЕР  и  РЕЖИССЕР   ИГОРЬ  НИКОЛАЕВ.    ПРЕССА О СПЕКТАКЛЕ РУССКОЕ ВАРЕНЬЕ